На ферме принято просыпаться рано. Вот и в страстную пятницу мы поднялись ни свет, ни заря, позавтракали, и Сильвия укатила петь в церковь в соседнюю деревню. До полудня нам было поручено выпустить кур, вычистить курятник и сменить подстилку, так как потом должны были уже начать подтягиваться гости. Пока все собирались, мы следили за костром, и потому каждая вновь прибывшая ветвь семьи Лундаль (что возможно означает «лесная долина») подходила к нам знакомиться. Высокие, вежливые и приветливые, они почему-то особенно интересовались тем, когда мы приехали. Никого не удивило и не смутило присутствие незнакомцев на семейном сборище, и когда костёр догорел, а дети измотали кур бесконечной игрой в догонялки, мы все вместе отправились на веранду есть хотдоги — особенно вовремя, потому что небо затянуло и начал накрапывать лёгкий дождик (да и одним завтраком сыт не будешь, чего уж там).

Так получилось, что в этом году между семестрами не было каникул. Обычно лекции заканчиваются в начале февраля, и затем до начала летнего семестра (а он начинается в апреле) можно по большому счёту ничего не делать. Но в этом году всё было по-другому.

Второй курс моей магистратуры состоит из двух больших проектов — Master Project в первом семестре и Master Thesis во втором. В чём разница и как это всё проходило я опишу позже, когда покончу с чёртовой документацией проекта. Пока что важно лишь то, что презентация проектов была назначена на 11 апреля, а потому после окончания лекций все студенты вместо того, чтобы кататься по миру, отдыхать и обновлять статусы в фейсбуке, пыхтя сидели дни и ночи напролёт в университете, доделывая свои проекты и готовя презентации. Среди них оказался и ваш покорный слуга.

После презентации стало ясно, что надо куда-нибудь поехать хотя бы на пару дней. Вообще-то это было ясно ещё в середине семестра и поездка куда-нибудь с однокурсниками была запланирована ещё с февраля, но после презентации её необходимость стала ещё более очевидна. Изначально мы собирались поехать в Барселону, но потом оказалось, что лететь туда на продлённые пасхальные выходные дорого, да и от команды в строю остались лишь двое. Потому мы решили поехать в Швецию. О том и расскажу (в трёх частях).

Помимо чудесных прогулок, бесед и праздников живота, я посетил пару крайне интересных музеев. Наверное, самыми необычными и интересными были два музея в Бостоне — Музей изящных искусств и Музей Изабеллы Стюарт Гарднер.

Много часов я прогулял по разным кварталам Бостона и Нью-Йорка в разных неизменно приятных компаниях. Итальянский квартал Бостона моментально навевает воспоминания о «Вестсайдской истории» и «Крёстном отце», Чайнатаун в Нью-Йорке пестрит китайскостями и является (вкупе с другими чайнатаунами Нью-Йорка) самым большим поселением китайцев за пределами Китая, а Брайтон-Бич (тоже в Нью-Йорке) напоминает хрущовские окраины курортного городка где-нибудь в районе Сочи. Приехав в чужую страну в поисках лучшей жизни, люди инстинктивно сбиваются в кучки, образуя островок родной культуры и языка в море чужеродного общества. Так проще преодолевать социальные и формальные трудности и нет чувства брошенности на произвол судьбы. Такое поведение приводит к созданию до определённой степени изолированной ячейки в обществе: зачем идти в американский супермаркет, когда можно пойти в русский магазин, где не только говорят на родном языке, но ещё есть и столь близкие сердцу шпроты? Таким образом появляются этнические кварталы со своим бытом и своими порядками, порой весьма жёсткими — будь то Гарлем или Чайнатаун.